Информационная база Движения
создателей родовых поместий


Информационная база Движения создателей родовых поместий



Хорошие газеты
Родная газета Международная газета
"Родная газета"


Газета Родовое поместье Международная газета
"Родовое поместье"

Подписаться на рассылки
Подпишись на рассылку "Быть добру"
Рассылка для тех, кто совершенствует среду обитания: как сделать, чтобы всем было хорошо. А на Земле быть добру!

Рассылка группы Google "Быть добру" Электронная почта (введите ваш e-mail):

Рассылка Subscribe.Ru "Быть добру"
Подписаться письмом

Подпишись на рассылку "Движение создателей родовых поместий"
Рассылка для тех, кому интересен образ жизни на земле в гармонии с природой в своём родовом поместье. Родовое поместье – малая родина.

Рассылка группы Google "Движение создателей родовых поместий" Электронная почта (введите ваш e-mail):











Группы




















О любви: "Дубки"

Рассвет уже спешил. Земля в пространстве звездном спешила к солнцу повернуться стороной другой. Летит, летит она, мой шарик! Тебя б в ладошки взять и приласкать, погладить бы тебя, дитя ты малое моё! Летишь, летишь, свой путь определяя чувством, данным нам Отцом. Живая ты, живая! Все думают - ты мать, а ты такая!!! Ты радость юная и озорная! Так хочешь счастья ты, чтоб вместе с божьими детьми творить на всех своих просторах пространства полные любви! 
Спеши, Земля, лети, лети! А ты, мой дуб! Ну, здравствуй, друг! Стоишь века! Глядишь в глаза. Ты громко ясно засмеялся. О чём-то с дубом говорил, он отвечал, а ты смеялся
от радости великой бытия. О-х я! Ты выдохнул и растворился, с сердцебиеньем дуба слился.
Дуб вековой, в нём мысли предков, рекой божественной бегут по веткам. А-а, снова вдох, вдыхаешь тишину ты мудрости земной и вечной. В груди становится так тесно. Энергий сильных через край, её в мечту ты выдыхай!
Какие, дети, там психотерапевты! Могли мы к древу Родовому подойти, душою прикоснуться к чувствам вечным, и словно раны у души он лечит любовию своей, и истинностью мыслей.
Святые мысли истины Творца. О! как живительна вода тех образов и слов! Как будто заново рождаюсь я, и снова обретаю я себя.
Полёт, полёт, летит над лесом птица.
Отец, я не устану верить сердцу!
Всегда, Отец, тебя в себе найду!
А коль заснёт, любовью пробужу.
Приходит время очищенья. Истосковалась так душа за капелькой святой дождя. Отец, отец, пролей ты дождь! Да чтоб огнём он полыхал! Пусть смоет он с меня всё то, что лишним грузом в чувствах наросло. Огонь-вода, из пламя в прорубь! Святые деды вы мои, как веником меня хлыстали в бане! Под паром листьев из дубка вся нечисть выйдет из меня.
Образы такие, как в бане парили тогда, в те времена, нечисту силу изгоняли навсегда. Удар, удар, за словом слово. Что может быть сильнее слова! Осмысленного чувством и душой!
Вот так однажды вылечил меня мой дед. Одна такая нечисть прилепилась, да "кровушку мою сосала", а всё так безобидно начиналось!
Там на деревеньки у нас стояли дубы. Прабабка милая моя, ещё по молодости деда проводила на войну, сама с детишками осталась, да с сестрой. Ждала его из года в год, но он не возвращался. Быть может, не было его уже в живых, об том и даже мысль не пускала в сердце.
И каждый год, когда его ждала, она сажала кругом дерева. Ещё годок - сажает рядышком дубок. Прадед мой не воротился он домой. И тридцать три дубочка стали кругом. Одни повыше, а другие меньше ото всех. И знали все в роду, что было дерево у них любимое - их дуб, под ним они гуляли долгими ночами, когда ещё лишь нравились друг другу, под ним в любви он ей признался, под ним, она согласие дала женою быть его. Под ним дитя своё зачали, и много светлых истинных мгновений вместе провели, пока он не ушёл. Война. И каждый год его ждала, и жёлуди, которые проросли, рядом с дубом тем сажала кругом, и думала о нём, и словно рядом был-то он. И даже говорила с ним она. И не черна была тоска.
Пойдёт к дубкам, там посидит, поговорит сама с собой, с дубками, а домой счастливой возвращалась, словно там она с любимым повидалась. И говорила бабушка моя, что так оно и было! Душой своей он приходил туда и с ней общался. И видела его она и чувствовала сердцем всем, и даже доченьке своей, моей тобишь бабушке сказывала, что говорил он ей.
Рассказывал, что он погиб. Но только телом, а душа жива, и будет с нею рядышком всегда, пока её земная жизнь идёт. Так убедил её, что тосковать она душою перестала, и чувствовать его сильнее стала. И радовался он их детям, и даже как-то говорил, чтоб пригляделася она к другим мужчинам, но прабабка отказалась на отрез, ему сказала, что подождёт, когда они вновь вместе будут на небесах. Но смерть не торопила, жила она душою и с душой, любила всех детей, и внуков. Жизнь долгую прожила, и я её ещё застал, уже совсем старушечкой была, но ласковой и доброй, любящей безмерно нас. В такой любви мы выросли.
Года текли своей рекой, и стали люди в деревне забывать, что баба Клава те дубы сажала. Да много уж прошло годов, и не рассказывали больно людям мы про всю историю любви прабабушки моей и прадеда.
И вот, в селенье главный объявился. Мужик он борзый был и наглый. Да и я уже не мальчик был - своя семья. И вот однажды я иду и вижу, как с пилой стоит мужик и пилит он один дубок из круга. Я подбежал: что делаешь! Не уж-то здесь во круге нет других деревьев!
- Решил, что хватит этих мне на зиму дом топить.
- Да что ты, эти же дубы моя прабабка здесь сажала, когда с войны ждала прадеда моего!
- А мне то что! И бабки нет давно твоей в живых, ну а прадеда и подавно! А мне в лесу рубить, потом сюда тащить резона нет. Тем более, они не на твоём участке, а так у края леса.
- Да как не понимаешь ты! Да что ж ты не имеешь уж души! Подумай сам, они важны семье моей, то память добрая моей семьи, и детки любят все мои бывать здесь - бегают сюда играться! Да бывает целый день проводят здесь! Да вот качель им сделал я. Да, не на участке у меня, и лес здесь общий. Но пойми, мне это место свято, дорого. Спилить здесь дерево, мне всё равно, что руку туж отрезать!
- Да что за дурь несёшь ты, одурел! Тебя я слушать тут не стану!
И разгорелся спор и драка началась. Позвал своих он подхолим и отметелили меня, хоть слава богу не покалечили, но дерева рубить пока не стал. Но пригрозил, что всё равно их срубит.
Меня же возмущенье пожирало, ненависть к врагу и злоба, словно семью мою обидел он и род. Уже хотел дубину взять, пойти с ним разбираться, но дед мой баню растопил, и взял с дубков тех веник. И долго парил так меня, и веником хлыстал, да приговаривал и нечисть изгонял. А нечисть что: обида, злоба, жажда мести, ярость, гнев. Убить готов был я скотину ту. Хлысток, ещё хлысток, а ну-ка, миленький внучок, ты бесов милый отпусти, найдём решение в любви!
- В какой любви, дед, ты не понимаешь, он сам весь в бесах!
-Так по что тебе таким же становиться?! Решенье подскажу тебе: вначале ненависть твою я прогоню!
Опять давай хлыстать, да что-то приговаривать в усы. Успокоение пришло и расслабленье, почувствовал как гнев ушёл и ярость улеглась.
- Ну ладно, деда, говори, какое там решенье у тебя нашлось.
- С тобою завтра мы пойдём, и братьев позовём, напилим и нарубим дров ему в лесу мы на всю зиму и в дом ему мы привезём.
Я аж подскочил и вскрикнул:
- Ни за что! Чтоб этой гадине ещё я услужать пойду!!!!
Но дед мой словно гнева не заметил, серьёзно так сказал:
- Сынок (хотя на самом деле я внучок, но когда дед что-то важное особо говорил, то называл меня сынок) веков не мало на земле живёт наш род, веков вперёд нам жить ещё и жить. И есть места такие, где чувства ты вложил души с любовью! И те места подобны Бога силе! Так вот, сынок, твои там деточки гуляют, и туда так часто прихожу, общаюсь с матерью своей с отцом, с их душами. Поверь, они туда так часто к нам приходят. И мудростью твоих же детишек в их играх наполняют. И сам всегда покой ты ищешь там. И над важными решеньями там размышляешь.
- Правду деда говоришь, я знаю, поэтому с такою яростью к его деяньям я.
- Уже решил я и сход увидел предложенья нашего. Я пойду и предложу ему, что сами дров ему мы привезём, и последующие зимы тоже. За это пусть участок тот в лесу, признают нашим и детей твоих и внуков. Работы на всех нас в том не много. Ведь лошади у нас, повозки, сила братьев, всё есть. Я знаю, скажешь униженье. Не униженье для меня, как словно чувствую, что дань я отдаю, что оберег тем самым сотворю я для семьи своей. Пойми, сейчас ведь времена другие. И хоть войны уж слава богу нет, но предков наших обычаи, святыни всё меньше люди поважают.
Не униженье мне пред ним, ему помочь. Он немощен душой, не просто дров ему я принесу - от всей души ему я пожелаю сердца пробужденья ото сна. А мне за честь спасти наш круг дубов. Цена за это уж поверь на много меньше, коль пошли бы силою решать вопрос да вилами. Война в деревне ни к чему. Мы с уважением к нему придём, не конченный он человек, и не захочет перед всей деревней он позориться, что дед к нему пришёл, а он его пинком.
Что вам сказать. Да, убедил тогда меня мой дед, хоть униженьем это я считал, но ради памяти прабабушки моей пошёл на это я.
И оказалось для моей семьи весельем это - дрова в лесу мы заготавливали ему, а сами песню пели: вот будете огнём гореть, согрейте его сердце! И песню спойте о весне души, о радости, любви! Мы хохотали, представляли, как Егор (так звали моего "врага"), вдруг добрым станет и приветливым, и с радостью встречать нас станет!
На первый год тех изменений не было. Как одолженье сделал он, приняв дрова. А в осень следующую посмеялся:
- Ну что, опять, вы мне дрова на зиму привезёте?
- А что ж, мой деда отвечал: а нам не в тягость, много нас, семья большая, мужиков хватает. Это ты один всё. Ни жены и ни детей, хозяйство-то большое. И денешьки вот на работников ты тратишь всё, богатства наживаешь. А вот бы добрую жену тебе, детишек в доме. Ты развлекаешься с Алёнкой-то, я знаю. Серьёзно к ней ты не относишься, она с семьи-то бедной. Нет отца, им с матерью не просто жить, то знаю. Но ты не думай, не из-за куска хлеба ходит ведь она к тебе! И нет у неё то больше никого!
- Сам знаю, что нету никого, а то бы на порог бы не пустил, меня позорить.
- А сам её ты не позоришь? Ей конечно некуда деваться, любит-то тебя.
- Как любит? - растерялся он.
- А что ж, не говорила-то сама?
- Да говорила, я всё думал от того, что бедная она, а я её приветил, отношусь не плохо, кормлю, еду домой даю, к её братишке, к матери.
- Сынок, мой дед сказал, - я видел, как она смотрит на тебя. Любовь в её глазах, тоска.
- Вот именно тоску-то я и вижу, а вот любовь…
- Родимый, от чего тоска её-то думал? От того, что понимает, что с нею ты не останешься и в жёны не возьмёшь, что в жёны ты поищешь побогаче да невинную.
- Да как же люди-то посмотрят, что соромную возьму я в жёны.
- А с кем она такой-то стала. Наоборот, уваженья будет твой поступок достоин. Ты только в чувствах разберись своих к ней.
В ту зиму дров ему опять мы заготавливали, и снова песни пели, да в песнях тех, его счастливым видели с семьёй, с детьми, и в доброте и ласке.
И стал присматриваться к ней он, словно по-другому. И больше ласковых стал слов ей говорить. И вот однажды у печи они сидели, и спросил её, о чём она мечтает. И расплакалась она. Сказала, что не мыслит жизни без него, мечтает чтоб ребёночка родить ему, его счастливым сделать! Обнял её он, сердцем всем он к сердцу прижимал её. Ну а в печи огонь трещал. И песня тихая лилась ушам не слышная, а сердцу.
На утро следующее прибежал Егор к деду моему.
- Ну здравствуй, Егорушка, с чем пожаловал?
- Да вот, пришёл спасибо за дрова сказать.
- Неуж-то.
- Да вот хочу просить, чтоб в бане ты меня попарил.
- А по что? Своя ведь баня есть-то у тебя.
Сел на пенёк, и голову склонил руками обхватил.
- Я знаю, знаю, дед, всё понимаю. Я в злобе, в ненависти к людям жил, хотел, чтоб уважали все меня, боялись, да что бы лебезили предо мной.
Я больше не могу, как словно жажду я освобожденья от невидимого чего! После того, как стали вы дрова возить, что-то меняться стало в моей жизни, понимаешь. Я даже сам ходил туда, где ваши там дубки растут, и правнучка твоя мне рассказала всю историю любви твоих родителей. И что-то там почувствовал такое я. К каким-то чувствам прикоснулся, которых не было в душе моей, али забыл давно я их! И так любви мне захотелось! Потом твои слова, с Алёнкой по сердцам поговорил. Родная мне она! И сердце тянется моё к ней и душа! Так раньше не было. Мне раньше нравилось её тело молодое, и что всё по хозяйству помогает, не требует ничего, и тешило меня, что добродетель я такой - вот помогаю. А теперь всё по-другому стало.
- Я понимаю, милый мой, пойдём! Сейчас с тобою баньку мы растопим. К Егору дед мой подошёл, и голову его в свои ладони взял. Тот почему-то зарыдал, Навзрыд, он как ребёнок плакал.
- Вот ладьненько, вот и слава Боженьки! Теперь всё будет хорошо! Всё приговаривал и по головке гладил, а тот, как мальчик маленький прижался к деду и всхлипывал. Не видел этого никто.
Вот только сердцу стало хорошо!
И парил его дед, и веником хлыстал, да приговаривал всё - нечисть изгонял, из тела, из души.
Потом рубаху с рошитью принёс:
- Одень, сынок, её моя мать вышивала, когда в любви дубки сажала, любила посидеть повышивать. Рубах таких - у нас у всех, и даже правнукам всем будет. Вот и тебе от рода нашего рубаха! Вот гляди: здесь вышит оберег, тот символ древний очень, не пустит больше в сердце зло в твоё!
Одел рубаху он, и сызнова вздохнул, вобрал в себя он жизни чистоту. Вернулись в сердце радость и любовь!
К любимой поспешил, пошёл он к матери её, и поклонился до земли. Сказал, что хочет взять Алёнушку он в жёны, что люба, дорога ему она. Не знал, что рядышком она, стоит за занавеской. Сердце полыхнуло.
Это просто счастье.
Настала снова осень, и Егор уж сам дрова пошёл на зиму в лес заготавливать. А тут и мы гурьбой ему на помощь!
- Да, что вы! Право же, не надо! Помощников себе найду!
Сам смотрит он на нас и улыбается.
- Сыночка скоро жду! Осталось вот ещё немного подождать, Алёнке сон был: Божья мать, мальчишку в руки ей даёт.
Запели песню мы и стар и млад. Лилась она рекою дивной. В том есть истина простая. Живое слово лечит душу. ЛЮБОВЬ ОНА ВСЕМУ НАЧАЛО!!!

Записала Вита Ивченко.


--- Подпишись на рассылки и газеты... --- --- Информационная политика газеты... ---

--- Приобрести экотовары "Быть добру"... ---

Поделиться в соц. сетях

Нравится



Разработка сайта http://devep.ru
Copyright 2006-2019 © Международная газета "Быть добру"
Информационная политика международной газеты «Быть добру» http://gazeta.bytdobru.info/o-gazete/#anchor163
Ответственность за содержание информации несёт её автор.